Главная / Аналитика Русского дома / Андрей Геращенко: Пани Варшава, товарищ Варшава… Часть первая

Андрей Геращенко: Пани Варшава, товарищ Варшава… Часть первая

← Предыдущая Следующая →
0
Андрей Геращенко: Пани Варшава, товарищ Варшава… Часть первая

    75-летию Победы над фашистской Германией посвящается.

«...СССР занял территории, которые не являются польскими и которые были силой захвачены Польшей после Первой мировой войны... Было бы актом преступного безумия поставить русское продвижение на одну доску с продвижением Германии», - из письма британского политического деятеля Д.Ллойд-Джорджа 28 сентября 1939 года польскому послу в Лондоне Э.Рачиньскому по поводу вступления Красной Армии на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины.

 «То, что русские армии должны были находиться на этой линии, было совершенно необходимо для безопасности России. Во всяком случае, позиции заняты и создан Восточный фронт, на который Германия не осмеливается напасть», - из текста радиовыступления первого лорда адмиралтейства Британии У.Черчилля 1 октября 1939 года.

Всё дальше от нас Великая Отечественная и вторая мировая войны. Совсем скоро, 9 мая 2020 года мы отметим 75-летие Великой Победы над фашистской Германией. Казалось бы, прошедшего времени давно должно было хватить для того, чтобы расставить все точки над «и», исследовать все белые пятна происходивших тогда событий.
    
Между тем споры об итогах войны нарастают, нет согласия в её оценках в рядах бывших союзников, а в странах бывшего Варшавского договора и ставших независимыми республиках бывшего СССР и вовсе мы сталкиваемся в откровенными проявлениями русофобии, антисоветизма, ползучей реабилитацией коллаборантов и приспешников немецкого фашизма самых различных оттенков и мастей.
    
Наиболее откровенные антисоветские и антироссийские пассажи в Восточной Европе раздаются сегодня из Варшавы. Дескать, СССР наряду с фашистской Германией развязал мировую войну, напав на Польшу. Красная армия сознательно не помогла восстанию в Варшаве, позволив фашистам его подавить, затем оккупировала Польшу, навязав ей социализм. 

В итоге этого «нового прочтения истории» во всей Польше (как, впрочем, и в других восточноевропейских странах, на Украине и в Прибалтике) сбрасываются с пьедесталов памятники нашим солдатам, стремительно переписывается история.
    
В ответ из Москвы и иных мест приводятся исторические факты, которые Варшава не может ни опровергнуть, ни серьёзно на них возразить – поляки первыми заключили соглашение с немцами – 26 января 1934 года был подписан пакт Гитлера-Пилсудского. Подписан без широкого общественного обсуждения, а по факту – едва ли не в полной тайне. Некоторое время спустя известный польский генерал Галлер, не питавший особых симпатий к немцам и ориентированный на Францию ещё со времён первой мировой войны, недвусмысленно утверждал: «теперь уже не подлежит никакому сомнению, что между Германией и Польшей имеется секретный военный договор, направленный против СССР». Генерал предполагал, что на случай войны Германии с Советским Союзом данный пакт предусматривал «организацию в приморской области Польши этапных пунктов и особых сил по обслуживанию немецких военных транспортов». Таким образом, по мнению Геллера, «немцы с момента окончания военных действий автоматически завладеют всей этой территорией. Пилсудский не придаёт должного значения западным польским границам и готов отказаться от Поморья в целях осуществления своих фантастических планов в отношении Украины и Литвы». Это же косвенно подтвердил и военный атташе Польши во Франции полковник Блешинский: «польско-немецкий союз преследует более серьезные цели, чем нормализацию польско-немецких отношений».
    
2 мая 1935 года между Францией и СССР был заключён договор о военной помощи, а 12 мая 1935 года умер Пилсудский, что несколько изменило расстановку сил в континентальной Европе.
    
Польша в предвоенный период находилась на некотором перепутье – с одной стороны её связывали тесные контакты с Францией и Британией, с другой же Польша стремилась найти своё место рядом с усиливающейся и агрессивной гитлеровской Германией. Однако главная и основная линия довоенной Польши была неизменной – антисоветская позиция, подкреплённая надеждой при поддержке Германии или Франции и Британии взять под контроль восточные территории СССР – всю Белоруссию, Украину и Литву.
    
Эти «планы» находили «понимание» как в Берлине, так и в Лондоне (точнее – у поляков как немцы, так и британцы старались сформировать такое впечатление), потому что и Британия, и Германия стремились получить над Польшей контроль, чтобы при необходимости использовать её против Советского Союза.
    
Заверяя Лондон в своей лояльности, Польша, тем не менее, охотно поучаствовала в чехословацких делах в 1938 году. В июне 1938 года в беседе с послом Польши в Германии Йозефом Липски Герман Геринг прямо заявил, что Германия допускает захват Польшей Тешинской области Чехословакии. 1 октября 1938 года Чехословакия отвела из Тешинской области свои войска, и она была занята Польшей при полном одобрении Германии. Всё это настолько возмутило Черчилля, что тот в сердцах назвал Польшу «гиеной Европы».
    
29 сентября 1938 года в Мюнхене встретились лидеры Британии, Франции, Германии и Италии, а на следующий день, 30 сентября 1939 года были подписаны Мюнхенские соглашения (вошедшие в историю под названием Мюнхенский сговор), предопределившие судьбу Чехословакии. Тогда же, 30 сентября 1938 года было подписано соглашение о ненападении между Британией и Германией. Соглашения предусматривали уступку Чехословакией в пользу Германии Судетской области. Но Германия не стала церемониться и уже 1 октября 1939 года ввела свои войска в Судеты. В Тешинскую область поспешила и Польша. Более того, ещё до Мюнхенского сговора Польша решительно отказалась противодействовать агрессии Германии и предупредила, что не пропустит войска Советского Союза, которые наша страна готова была послать в Чехословакию для защиты от гитлеровского нападения. Польша прямо заявляла, что расценит такую попытку прохода через свою территорию, как объявление войны.

6 декабря 1938 года договор о ненападении заключили Франция и Германия.
    
Польша самоубийственно проводила антисоветскую линию и балансировала между Британией и Германией вплоть до того момента, когда нападение немцев на Польшу стало просто неизбежным. Так, 5 января 1939 года Гитлер, принимая министра иностранных дел Польши Бека, заверил поляков в «нерушимости германо-польской дружбы» и о том, что Германия относится с «предельной осторожностью» к СССР и всегда будет так относиться.
    
Самоубийственность такой польской внешней политики проявилась уже 21 марта 1939 года, когда Германия потребовала от Польши передать ей Данциг (Гданьск) и открыть «польский коридор» для проведения в Восточную Пруссию экстерриториальных авто и железнодорожных магистралей. Напомним, что 15 марта 1939 года Германия полностью аннексировала Чехословакию, а Гитлер триумфально въехал в Прагу. 22 марта 1939 года Германия заняла Мемель (Клайпеду) и заставила Литву подписать договор о ненападении, исключавший помощь Польше со стороны Литвы. Смертельная удавка вокруг Варшавы затягивалась. Более того, уже 11 апреля 1939 года на совещании со штабом вооружённых сил Германии Гитлер озвучил план вторжения в Польшу 1 сентября 1939 года, получивший название «Операция Вайс».
    
Британия недвусмысленно заявила, что если война Польши и Германии будет из-за Данцига, вина за это ляжет на Польшу. СССР предложил заключить договор о взаимной помощи с Францией и Британией, но Лондон и Париж медлили.
    
10 мая 1939 года СССР по дипломатическим каналам передал в Варшаву предложение о помощи в случае нападения Германии. 11 мая Польша устами своего посла в СССР В.Гржибовского ответила отказом – ненависть к Советскому Союзу была сильнее страха перед немецким вторжением.
    
12 августа 1939 года Германия сообщила СССР о возможных политических уступках в случае «невмешательства». Тем не менее, 14 августа Советский Союз на переговорах с британской и французской военными миссиями в Москве поднял вопрос о проходе Красной Армии через Польшу по Галицийскому и Виленскому коридорам для занятия позиций для возможного отражения немецкого нападения. Франция поддержала это предложение, но Польша вновь ответила отказом. Бек заявил послу Франции в Польше:  «С немцами мы рискуем потерять свою свободу, а с русскими - свою душу». Трагическая судьба Польши, а за ней и всей Европы была предрешена.
    
23 августа 1939 года СССР и Германия подписали договор о ненападении. 1 сентября 1939 года фашистская Германия атаковала Польшу. Италия заявила о своём нейтралитете. 3 сентября Британия и Франция, не получив от Германии никакого ответа в связи со своим ультиматумом прекратить агрессию против Польши, объявили Берлину войну. Так же поступили Новая Зеландия и Австралия. 5 сентября США заявили о своём нейтралитете. Уже к 10 сентября немецкие войска оккупировали Померанию и Силезию и установили контроль над западной частью Польши. 8 сентября начались бои за Варшаву.
    
Согласно соглашению между СССР и Германией Красная Армия должна была занять территорию Западной Белоруссии и Западной Украины. Однако руководство СССР некоторое время медлило в связи с обострением общемировой геополитической обстановки. Германия торопила. В конце концов, возникла угроза того, что Германия, раздосадованная промедлением СССР, может занять и территории Западной Белоруссии и Западной Украины, что уже напрямую резко угрожало бы СССР. В итоге было принято решение о вводе советских войск в оговорённые заранее с немцами районы. В Москве послу Польшу В.Гржибовскому 17 сентября 1939 года была вручена нота правительства СССР, где было сказано следующее: «советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии». Красная Армия перешла границу фактически сразу после вручения ноты. Были задействованы советские бронетанковые и бронеавтомобильные части, артиллерия, кавалерия и пехота. В ответ Верховный Главнокомандующий польской армией Э.Рыдз-Смиглы отдал приказ об общем отступлении в Румынию и Венгрию кратчайшими маршрутами. Что касается Красной Армии, то в приказе прямо говорилось: «С Советами боевых действий не вести, только в случае попытки с их стороны разоружения наших частей. Задача обороны перед Варшавой и другими городами остается неизменной». В этот же день польское правительство эвакуировалось в Румынию, откуда потом перебралось в Лондон. И армия и правительство оставили свою столицу Варшаву и польский народ на произвол судьбы.
    
17 сентября 1939 года в непростых международных обстоятельствах, фактически в условиях начала второй мировой войны начался знаменитый Освободительный поход Красной Армии, принёсший освобождение от польской оккупации народам Западной Белоруссии и Западной Украины. Это было началом воссоединения белорусского народа. Люди встречали Красную Армию как освободителя – с улыбками, ликованием, и цветами. Именно Освободительный поход Красной Армии 17 сентября 1939 года объединил наш народ, и заложил основы для нынешних границ современной Республики Беларусь. Довольно странно, что до сих пор, несмотря на многочисленные инициативы общественности, 17 сентября так пока и не стало государственным праздником в Белоруссии.
    
На следующий день 18 августа 1937 года, Британия направила ноту СССР, в которой сообщила, что считает польское правительство «законной властью Польской Республики». При этом действия Советского Союза были расценены не как «агрессия», а как «инвазия» (иными словами – вторжение).
    
21 сентября был подписан советско-германский договор об установлении демаркационной линии на территории бывшей Польши. Гитлер отдал приказ об отводе немецких войск к демаркационной линии, что было в некоторых немецких частях воспринято с недовольством – при соприкосновении отмечались случаи перестрелок между Вермахтом и Красной Армией и немцы считали занятые ими позиции уже «своими».
    
22 сентября прошёл так называемый «совместный советско-германский парад» в Бресте. На самом деле никакого парада не было – немецкие войска торжественным маршем покинули город, а части РККА также торжественно вошли в него.
    
27 сентября пала давно уже обречённая и преданная своим же руководством и своей же армией Варшава. Польское командование подписало акт о капитуляции.
    
28 сентября Москве Риббентроп и Молотов подписали Договор «О дружбе и границе».
    
Никакого знака равенства между Германией и СССР в мире никто не ставил. Более того, уже начались разговоры о формировании возможного нового военного Восточного антигерманского фронта. Вот как на произошедшее отреагировали ведущие британские политики. 

«...СССР занял территории, которые не являются польскими и которые были силой захвачены Польшей после Первой мировой войны... Было бы актом преступного безумия поставить русское продвижение на одну доску с продвижением Германии», - из письма британского политического деятеля Д.Ллойд-Джорджа 28 сентября 1939 года польскому послу в Лондоне Э.Рачиньскому по поводу вступления Красной Армии на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины.

 «То, что русские армии должны были находиться на этой линии, было совершенно необходимо для безопасности России. Во всяком случае,  позиции  заняты  и  создан  Восточный фронт, на который Германия не осмеливается напасть», - из текста радиовыступления  первого лорда адмиралтейства Британии У.Черчилля  1 октября 1939 года.

1 ноября 1939 года Верховный Совета ССР принял закон «О включении Западной Украины в состав Союза ССР с воссоединением её с Украинской ССР», а днём позже, 2 ноября - закон «О включении Западной Белоруссии в состав Союза ССР с воссоединением её с Белорусской ССР».
Но всё только начиналось.

Комментарии

Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Я согласен(на) на обработку моих персональных данных. Подробнее